В Малом драматическом театре впервые поставили Эдварда Олби. Режиссер-дебютант Семен Козлов, ученик Льва Додина, выбрал пьесу "Что случилось в зоопарке" – первый опыт Олби в жанре театра абсурда. В свое время на Бродвее отказались ставить эту пьесу, посчитав ее "мрачной и странной". На петербургской премьере была Катерина Картузова. Обычная скамейка в парке становится местом встречи двух незнакомцев. А случайный разговор – психологическим поединком. Это то провокационный допрос, то интимная исповедь. Спектакль "Что случилось в зоопарке" поставлен по пьесе американского драматурга Эдварда Олби. Автор написал эту историю в середине XX века. Это был вызов обществу. Он намеренно столкнул двух людей, словно два разных мира. Один отчаянно требует внимания. Второй хочет сохранить дистанцию. "Это вообще же первая пьеса Эдварда Олби. Тогда ушел из семьи богатой, он был приемным ребенком в очень обеспеченной семье, и как-то он все бросил, у него долго ничего не получалось. И как-то... мне почему-то вообще показалось, что он за ночь написал эту пьесу... Она, мне кажется, она про молодых, про молодых сегодня", – поделился режиссер спектакля Семен Козлов. Питер – благополучный представитель среднего класса с привычным укладом жизни: дом, семья, работа. Все у него размеренно и предсказуемо. Есть даже любимая скамейка в парке. Живет по принципу – не вмешиваться в чужие дела. Но одной встречи хватает, чтобы разрушить идеальную картинку. "Вот чему меня научила эта история: теперь, когда ко мне на улице кто-то обращается, я уделяю ему чуть больше внимания и стараюсь понять, кто ко мне обращается и почему он ко мне обращается. Потому что это очень важно. Мы в суете бытовой много чего не замечаем, не замечаем глаз, не замечаем того, что спрятано за словами. Это те ошибки, которые совершаю я, те ошибки, которые совершает Питер. Поэтому, конечно, Питер – это я, Питер – это многие", – поделился актер Михаил Тараторкин. Джерри – одиночка. Городской сумасшедший. Человек, которому ненавистно все вокруг: соседи, хозяйская собака, которую он даже готов отравить. За его бесконечным сарказмом – отчаяние. За провокационными историями – попытка перестать быть невидимым. "Значит так, мне нужна эта скамейка, пересядьте вот на ту, если будете паинькой, я расскажу, что было дальше". "У Олби, как это ни печально и ни трагично, это не только звери в зоопарке. Это и те, кто в зоопарке жадно этих зверей в неволе поедает, поедает своими глазами, своим вниманием, своим жадным интересом. Драматургия Олби очень остра и несколько близка к абсурду и немного сюрреалистична", – объяснил художественный руководитель, директор Академического Малого драматического театра – Театра Европы, народный артист России Лев Додин. Эта история заканчивается трагично. Эдвард Олби дает читателю пространство для размышления. Можно ли преодолеть одиночество? Где заканчивается личное пространство? И что, если мы так и не научились слышать друг друга?